— К чьему мнению ты прислушиваешься в отношении оценки своих работ?

— Мне важно мнение близких людей и, безусловно, коллег по работе. Для последних может быть характерна, например, такая оценка: «Это фото — хорошее, но мне оно не нравится, потому что я всего лишь вижу эту тему по-другому…» Для меня будет авторитетным мнение таких белорусских мастеров, как Щукин (в отношении рекламной фотографии) и Парфенок (по художественному фото). Да и в целом мнение любого мастера с опытом является для меня авторитетным, несмотря на разницу в видении. По правде говоря, многое зависит еще и от того, в какой форме человек склонен высказывать свою мнение: больше хвалить или критиковать. Бывает так, что, если хвалит — об этом говорит, и, в то же время, если ему что-то не нравится — он предпочтет оставить это при себе. И вопрос даже не в тактичности. Если он — открытый, и работа ему нравится, он просто не преминет возможностью сказать об этом. Если же не нравится, он допускает, что чего-то недопонимает, или что это — не его стиль.

 

— Что можешь сказать о fashion-съемке?

— Я этот тип фотографии отношу сугубо к коммерческой. Съемка одежды, украшений, обуви — все это мне нравится. Но сам я знаю, что в работе по данному направлению у меня пока еще недостаточно опыта. У меня не хватает определенных навыков, чтобы создавать шедевры, способные произвести необходимый эффект. Например, иногда требуется больше жёсткости, у меня же все получается достаточно мягко. В этом плане для меня идеальной является свадьба, потому что здесь как раз требуется мягкое фото. Fashion-съемка у меня получается хорошо, но чтобы заработать на ней большие деньги, в этом направлении необходимо больше практиковаться. Ведь fashion-фотографии должны вызывать эмоции, иметь очень сильную эмоциональную окраску.

 

— Егор, каких моделей ты мог бы особенно отметить?

— Безусловно, Анну Малибогу — с ней просто идеально работать. Как раз с ней fashion-съемка получится идеальной в любом случае. От нее исходит такая харизма, что никакой фотограф это не испортит:). Достаточно выстроить композицию и выставить свет. Мне также понравилось работать с Олей Антроповой («Мисс Беларусь 2004») и Леной Оладко (она получила титул «Мисс Фото» на конкурсе «Мисс Беларусь 2004»). К сожалению, и я вынужден на этом заострить внимание, именно с фотомоделями у нас в стране дело обстоит совсем плохо. Каждому фотографу приходится составлять свою собственную базу, и вносить в нее тех людей, с которыми приятно и легко работается. Специального же фотомодельного агентства в Беларуси нет ни одного. Всем приходится пользоваться услугами именно модельных агентств. Однако при этом, только такой критерий, как рост выше 175 см, способен «срезать» многие низкорослые, но сами по себе — весьма интересные и характерные типажи. И именно такой критерий как рост, мешают многим низкорослым девушкам с пропорциональной фигурой проявить себя на фото-поприще. Практика ведь не раз показывала, что миниатюрная девушка с пропорциональной фигурой может смотреться в кадре лучше, чем профессиональная модель, соответствующая всем необходимым подиумным параметрам. К тому же для ряда задач как раз и важно, чтобы человек был как можно более «компактным». Ведь важны не габариты, а пропорции. Есть достаточно девушек, которые и сами бы с удовольствием поучаствовали бы в фотосъемке, но у них просто нет возможности выйти на этот рынок. Чтобы о тебе узнали люди, которые занимаются рекламой, надо, чтобы ты где-то «засветилась».

 

 

— Так ли высока необходимость именно в специализированных фотомодельных агентствах, если одним из направлений обучения в студиях моделинга является умение позировать перед камерой и входить в образ?

— Да, это является обязательным пунктом программы обучения. В реальности же дело обстоит так: тех, кто действительно умеет профессионально позировать перед фотокамерой и входить в нужные образы — единицы. Возможно, причиной тому является недостаточно уделяемое время для получения столь важного для модели навыка. Начнем с того, что большое значение имеет практика. Из всех, предположим, сорока человек, которые пройдут обучение в модельном агентстве, на работу туда возьмут в лучшем случае 5-7. Как правило, в течение года у последних хорошо, если будет с десяток съемок — это им позволит получить и отточить навыки позирования перед камерой. В противном же случае образуется серьезная брешь в практике, и модель сможет себя лучше реализовать, например, на подиуме, нежели на съемочной площадке. Да и вообще, не думаю я, что искусству позирования перед камерой можно научить. Есть люди, способные к этому, а есть те, которым подобные умения развить будет сложно. Сложно представить себе успешного музыканта без слуха, который является врожденной способностью. Точно так же и с позированием. Это особое чутье, способность к артистизму, передаче эмоций и нужных образов. Это можно оттачивать, но научиться этому в должной степени абсолютно с нуля… Не думаю. Здесь слишком важна естественность мимики модели. Ее можно поставить в позу, но она не должна позировать лицом. Она должна сама по себе передавать конкретный образ максимально правдоподобно и близко к тому, что требуется. Бывает, что девушке надо сыграть женщину-вамп. Одни пытаются это передать с помощью выражения лица. И если им это не идет, в лучшем случае, все получается банально и вульгарно. У других же выходит настолько натурально, как будто это — ее суть (что, в принципе, может быть недалеко от истины:) ).

 

 

— Каким на твой взгляд должно быть фотомодельное агентство?

— Начнем с того, что это должна быть организация, в которое сможет прийти человек со своими готовыми фотографиями. Возможно, ему придется даже разориться на 300 евро для подготовки профессионального портфолио, провести фотосессию у хорошего фотографа, который смог бы попробовать потенциальную фотомодель в разных эмоциях, в разном антураже. Должно быть видно, что из этого человека можно «достать». После этого должна быть сделана выборка из фото того типажа, который больше всего подходит. И уже на основе таких снимков фотомодельное агентство проводит внутри у себя кастинг, чтобы выбрать конкретного человека.

 

— Насколько сильно, на твой взгляд, стиль девушки и то, как она одета, влияет на ее поведение перед фотокамерой?

— Я думаю, что на это скорее влияет работа, проделанная визажистом и стилистом. Когда девушка видит, что можно из нее «вылепить» умелыми руками профессионалов в области создания образов, поверьте, на ее самооценку и самоощущение это влияет куда в большей степени, нежели то, как она одета.

 

— И все же, если ей не нравится то, как она одета?

— Если она снимается для себя, она обычно выбирает ту одежду, которая ей по душе. Те же, кто снимается для рекламы, выполняет свою работу. Они зарабатывают деньги и должны суметь выполнить все профессионально в любой одежде. Впрочем, иногда даже отрицательные эмоции и неприятие предлагаемого стиля идут только на пользу для воплощения в требуемый агрессивный образ.

 

— Какими будут твои рекомендации для девушек, которые не являются фотомоделями, но хотели бы стать таковыми?

— Побольше практики — фотографироваться, фотографироваться и еще раз фотографироваться. И не кривляться — быть естественными.

 

— Но как же быть с теми фантастически нереальными в своей красоте образами с обложек и страниц глянцевых изданий? Зачастую они далеко от естественных.

— Как я уже сказал, при желании из любой девушки можно изобразить на фото что и кого угодно. Во-первых, прическа и макияж должны быть выполнены руками настоящих профессионалов. Во-вторых, на это необходимо выделить столько времени, сколько потребуется. Скорее всего — целый день. Так, для того, чтобы получить 5 образов может потребоваться и 4 часа, и 8… В моей практике была съемка, продолжительностью 12 часов, причем с итогов всего в 3 удачных образа. Раз на раз не приходится.

 

— Егор, насколько сильно влияет на конечный результат взаимодействие фотографа с моделью, его умение найти с ней общий язык?

— Все это — очень тонкие материи. И многое зависит от того, чего именно необходимо добиться, какого эффекта. Есть фотографы-профессионалы, которые нарочито-грубым и небрежным поведением могут довести свою подопечную чуть ли не до психоза, а порой — и до слёз. И позже, когда девушки сами видят на фото и мастерски отображенным на них эмоциям, что получилось, понимают, с какой целью все это делалось.

 

— А сам ты используешь такие приемы?

— В этом нет нужды. Как-то там сложилось, что мы быстро находим с моделями общий язык. Я стараюсь предлагать варианты. Но если девушке какой-либо из них не нравится, мы его просто не используем. Если я работаю на девушку, я стараюсь добиться того результата, которого ждет она. Правда, с моим видением:).

 

— А если речь идет о работе на клиента?

— Тогда уже ей придется выполнять то, что требуется.

 

— То есть, ты хочешь сказать, что к её мнению никто прислушиваться не будет?

— Не зачем же так жестко. Просто каждый должен выполнять свою работу и отвечать за то, что он делает. Если мы говорим о профессионализме, то есть масса нюансов, которая не может оспариваться со стороны модели хотя бы уже по той причине, что фотографу со стороны виднее. Добавьте к этому еще его опыт и навыки, его взгляд на то, каким должно быть положение вещей, композиция, постановка, и тогда станет понятно, почему мнение модели в данном случае редко будет играть существенную роль. Она выполняет свою часть работы, фотограф — свою.

 

— С какими компаниями тебе уже доводилось работать в области рекламной фотографии? Или, поставим вопрос иначе, — назови наиболее успешные работы из коммерческих. Как по конечному результату, так и по процессу.

— Я считаю очень удачным опыт работы с салоном свадебной моды Арт-Подиум, белорусской косметической маркой Белита… Впрочем, перечислять можно долго. Еще раз повторюсь, хорошо работается с теми, кто предоставляет свободу действия и прислушивается к твоему мнению, полагаясь на твой опыт и видение. В таких случаях не приходится подстраиваться под кого-то — ты сразу предлагаешь свои варианты.

 

— Приходилось ли тебе работать с белорусскими изданиями, выполняя их заказы?

— Да, я работал с «Женским журналов», «Потребителем», «Релаксом», журналом «Все сразу» и некоторыми другими.

 

— Приходилось ли тебе работать с белорусскими модельерами?

— Нет, увы, не приходилось.

 

— А со звездами шоу-бизнеса?

— Да, с Серёгой-Бумером и с Полиной Смоловой.

 

— Ты так много работаешь. Не возникает ли желание отдохнуть?

— Все зависит от регулярности заказов и степени интенсивности работы. Если ты загружен каждый день по 10-12 часов (особенно летом, в пору свадеб) — конечно, устаешь, и достаточно сильно. Если же с определенной периодичностью, например, с перерывами на неделю, или при регулярности заказов 3-4 в неделю — то это совсем другое дело, не слишком сильно утомляешься, и в то же время — не слишком расслабляешься. На самом деле можно отдыхать и с камерой. Но не тогда, когда это 6 дней в неделю у тебя заняты съёмками. Отдыхаешь тогда, когда снимаешь для себя. Ведь хочется делать и что-то некоммерческое, для души. Впрочем, и с коммерческой рекламой тоже можно отводить душу. Это становится возможным тогда, когда тебе платят достойные деньги и дают полную свободу действия — все лишь для того, чтобы получить хотя бы один единственный, но гениальный кадр. Это — то же творчество, тот же процесс, приносящий удовлетворение. Это — приятное время препровождения, когда собираются профессионалы, работают вместе 8 часов в режиме максимально благоприятной обстановки, без излишнего давления со стороны заказчика, и без навязывания им со стороны своего мнения — мол, здесь надо сделать так, а здесь так. В подобных ситуациях проще сделать не так, как лучше, как виднее профессионалeвзгляду, а так, как этого хочет клиент.

 

— И много таких заказчиков — дающих полную свободу для создания гениального кадра и способных полностью положиться на видение профессионала?

— На самом деле, достаточно. И это радует. После одного дня таких съёмок если и чувствуешь усталость, то приятную.

 

— Какие фотохудожники, на твой взгляд, сегодня являются более востребованными?

— Те, которых знают все в профессионалы в твоем кругу. Признаюсь, для меня не столько важно общее признание, сколько быть востребованным именно в своем узком кругу. Хотя и первое, безусловно, тоже очень приятно. Когда по определенной теме, по определенному вопросу обращаются именно к тебе, как к профессионалу в этой области, это намного приятнее. Лучше быть востребованным в узком кругу на конкретной работе по четко определенному направлению. Самым же популярным фотографом можно назвать того, который больше всего снимает и фотографии которого видны повсюду.

 

— Егор, где ты видишь свое будущее — в Беларуси или за рубежом?

— Ехать туда, чтобы начинать там все с начала, я не собираюсь… В конце концов, при желании и соответствующих усилиях можно выйти на тот уровень, при котором ты будешь проводить сессии для именитых глянцевых изданий, ездить по заказу журнала на съемки в экзотические страны на пару часов с парой комплектов одежды и двумя моделями… Если на этот уровень выйти, уже не будет иметь значения, из какой ты страны. Но, понятно, что для этого нужно заработать достаточно денег, чтобы соответствовать качественному уровню. В случае с фотографией многое зависит от того, с какими ты работаешь материалами и аппаратурой. И в это, как и в свое образование, необходимо вкладывать в деньги. Возьмем ту же пленку. Все, что называется искусством, все создано именно на пленке. Первое требование любой Фотогалереи в Европе, чтобы фотография была напечатана вручную. Без этого фотография в принципе, не рассматривается как предмет искусства. Сделать кадр — это одно. Но на пленке его можно передать совершенно по-другому.
В любом случае, добиться можно всего, если ты готов в это вкладываться всем, что уже находится в твоем распоряжении и что должно присутствовать в твоем арсенале в будущем — техника, материалы, знания, практические навыки. Все зависит от нас, и лишь в некоторой степени — от удачи.